Восточные обряды

Понятие "обряд", относящееся исключительно к литургическим действам, Кодекс канонов Восточных Церквей, обнародованный 18 октября 1990 года, расширяет гораздо более ёмким определением "обряда", распространяя его на всё "литургическое, богословское, духовное и дисциплинарное наследие" каждой восточной Церкви (кан. 28 §1), следуя, таким образом, канонической кодификации, содержащейся в Апостольском Послании Cleri Sanctitati от 11 июня 1957 года, и, прежде всего, деяниям II Ватиканского Собора, выразившимся в декретах Orientalium Ecclesiarum (пп. 2, 3, 5, 6) и Unitatis redintegratio (пп. 16, 17).

Это наследие, в той мере, в которой оно относится к упомянутым Церквам, берет свое начало в одной из следующих пяти традиций: александрийской, антиохийской, армянской, халдейской и константинопольской (кан. 28 §2). Три из этих традиций, являющихся родоначальницами "восточных обрядов", зародились на пространстве Римской Империи: антиохийская – в Иерусалиме, александрийская и константинопольская связаны с Каппадокией; тогда как две других возникли на границах Империи: халдейская – в Месопотамии и Персии, а армянская – среди народов Армении.

Александрийская обрядовая традиция имела особое развитие в Эфиопии, где испытала также антиохийское влияние, тогда как константинопольская, или византийская, традиция без серьезных изменений сохранилась в автокефальных Церквах, произошедших в последующие века от Константинопольского Патриархата.

Необходимо также отметить, что как александрийская, так и антиохийская традиции, в общинах, верных Эфесскому и Константинопольскому Соборам, в течение нескольких веков после христологических споров были постепенно заменены константинопольской литургической традицией, к которой принадлежал император и его двор, и которая, по этой причине, предпочиталась имперскими чиновниками, так что, начиная со Средних Веков и позднее, александрийская литургия практиковалась только противниками Халкидонского Собора в Египте и Эфиопии, а антиохийская литургия – в Сирии, Палестине и Месопотамии, а также у маронитов, которые позднее внесли в нее некоторые изменения.

Тем, кто находится в общении с Католической Церковью, Святой Престол, как правило, предоставляет возможность сохранять свое собственное наследие. Этот принцип, благодаря которому в настоящее время в Католической Церкви присутствует такое многообразие обрядов, был подтвержден уже св. Львом IX, который писал Михаилу Кируларию: "Scit namque (Romana Ecclesia) quia nil obsunt saluti credentium diversae pro loco et tempore consuetudines, quando una fides per dilectionem operans bona quae potest, uni Deo commendat omnes" (Mansi, XIX, col. 652)" ["Ибо знает (Римская Церковь), что обычаи, различающиеся в зависимости от места и времени, никак не препятствуют спасению верующих, если всех их вверяет Богу единая вера, действующая любовью, производя возможное благо"]

Христианские общины, принадлежавшие к Восточной Римской Империи, имеют много общего в своей дисциплине, основанной на Вселенских Соборах, на некоторых древних поместных соборах, на канонах Святых Отцов и, отчасти, также на имперских законах, относящихся к церковной сфере, прежде разделений. После же этих разделений, наступивших по различным причинам, особенно с движением к автокефалии, стали возникать дисциплинарные различия, преимущественно во второстепенных вопросах. Дисциплинарные системы халдеев и армян, сформировавшиеся за пределами Римской Империи, получили иное развитие, которое в большей степени отличает их от других восточных Церквей.