§ 2. Ближайшая цель человека, п.2

Это служение Богу ни в коем случае не требует пренебрежения естественной профессиональной жизнью. «Многочисленные искусства, выполняемые руками», - говорит св. Августин, - « многообразное возделывание полей, основание городов, шедевры архитектуры, изобретение осмысленных знаков для письма и риторики, для музыки, живописи и скульптуры; множество языков и сооружения народов древнего и нового времени, множество книг и прочих памятников для запечатления событий, обдуманная забота о потомстве, карьера в гражданских, военных и священнических чинах, великие мысли и изобретения, потоки красноречия, изобилие поэзии, пестрота игр и шуток, точность измерения, остроумия в вычислениях, открытие прошлого и будущего: magna haec et omnia humana! Всё это велико и поистине достойно человека!».

То, что думала об этом древняя Церковь, мы видим на примере осуждения ею многих гностиков, которые вообще считали всё чувственное чем-то враждебным Богу, монтанистов, которые в своей ригористической строгости объявляли греховными даже дозволенные радости мира, и некоторых католиков, которые возвышали монашество в ущерб святости брака. Ср. у Маусбаха.

В Средние века мы встречаем те же воззрения. «Священники и монахи переписывали древних классиков, писали стихи и хроники, разбивали сады и виноградники, занимались искусствами и ремеслами не просто по нужде, с угрызениями совести; во всех их трудах и картинах ощущается юношеский дух творчества, искреннее погружение в красоту мира Божьего. Церковь брала под свое покровительство ремесленные цехи, освящала рыцарский меч и королевскую корону, предоставляла индульгенции за строительство дорог и мостов, давали привилегии школам мирской и божественной учености», и всё это она делала, «всерьез руководствуясь социальными и гуманными интересами».

Церковь до сего дня осталась верна этим воззрениям. Так Первый Ватиканский Собор учит: Церковь далека от того, чтобы препятствовать человеческому искусству и науке, более того, она разными способами возвышает их и содействует их развитию. Ибо она никак не оставляет без внимания преимущества, которые проистекают отсюда для человеческой жизни во всей её полноте, нет, она признает, что они исходят от Бога, Господа наук, а также при правильном с ними обращении и с помощью Его благодати ведут к Богу» (гл. 4, О вере и разуме). В своей энциклике о христианском государственном порядке папа Лев XII особо подчеркивает, что прогресс науки всегда является радостным событием для Церкви. Церковь, поскольку она является врагом любого безделья и лени, желает, чтобы дух человеческий благодаря прилежанию и образованию приносил обильные плоды. Но при этом нельзя забывать о подчинении всего конечной цели, а потому, говорит папа, Церковь старается, привязать все эти устремления к «нравственности и спасению души и помешать тому, чтобы человек из-за собственного интеллекта и активности отошел от Бога» (Мауссбах).

Итак, мы можем и должны стремиться к «господству над миром», но «господство над миром» не должно превращаться в служение миру, которое отвращается от служения Богу. Ведь всё ещё действенно Слово Господа: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его» (Мф. 6, 33). Мы действительно должны рассматривать всё «как нить, соединяющую нас с небом; но такое отношение неизбежно связано с христианской идеей Бога и ни в коем случае не ведет к поверхностному восприятию содержания временной жизни, а, напротив, к его углублению» (Мауссбах).

« предыдущая К содержанию следующая »