§11. Совершенство и евангельские советы, п.4

Жизнь по евангельским советам имеет свое обоснование в жизни и слове самого Богочеловека. Бесперспективны попытки представить Христа «любителем мира» в современном смысле. Согласно Христу, мир полон опасностей. Его личность, Его жизнь, дух Его слов означают «борьбу с миром и бегство от него». «Иисус, несомненно, выше любого подозрения в том, что Он видел Царство Божье в пище и питье, в земном наслаждении этим миром и его благами. Он как Помазанный Богом Мессия уверенно и свободно прошел через земные удовольствия и блага. Ему не нужны были постоянные упражнения. И без них чувственное вожделение не могло одолеть Его. И все-таки Он готовил себя к своему общественному служению в сильнейшем аскетическом упражнении, в сорокадневных молитве и посте… И ведь именно Иисус, живя без дома и родины, наиболее полно исполнил высший аскетический идеал. «Сын Человеческий не имеет, где головы приклонить». Поэтому тот, кто порочит евангельские советы, грешит и против Самого Христа, давшего пример их исполнения. Но при этом вовсе не нужно говорить, что мир «от дьявола».

Впрочем, если Харнак говорит: «Иисус говорит от трех врагах (маммона, заботы и эгоизм), и по отношению к ним он не предлагает в качестве решения бегство от них, но повелевает уничтожить их», то трудно уразуметь, в чем состоит разница между бегством от этих врагов и их уничтожением. «Бежать от них и уничтожать их возможно только через непрерывную, целеустремленную, планомерную борьбу с ними. В этом и заключается аскеза: ничего иного она не обозначает». Здесь земные блага ни в коем случае не воспринимаются как нечто никчемное или тем более дьявольское, так что именно поэтому следовало бы их избегать. Этого не утверждает и добровольный отказ от них при принятии монашества. Скорее можно сказать, оно наиболее основательно и одним ударом выполняет то, чего требует Харнак. Оно ведет борьбу вплоть до «уничтожения», разумеется, только тогда, когда внешним поступкам соответствует внутренний настрой. Уже такое полное отделение предполагает особое призвание Божье, а, значит, и не может быть делом всех людей. Таково католическое учение. Поэтому Харнак высказывает только одну подлинно католическую мысль, бросая упрек Католической церкви: «Конечно, если бы Христос сегодня проповедовал среди нас, Он не обратился бы ко всем с призывом: «Оставьте всё», но Он обратился бы с этим к тысячам из нас». Упрек, который Он сделал Своим близким, «что едва ли найдется такой человек, который воспримет эти евангельские притчи применительно к себе», к Католической церкви не относится. И сегодня находятся тысячи и тысячи людей, обращающихся к монашеской жизни.

« предыдущая К содержанию следующая »