§14. Взаимное соотношение естественного и сверхъестественного в человеке, п.3

Здоровая забота о естественном, однако, не исключает, но даже требует, чтобы мы выступали против извращенных склонностей нынешней, ослабленной грехом человеческой природы. Лозе не наносят вреда, когда срезают с неё лишние отростки. Она, наоборот, получает больше внутренней силы и приносит больше плода. Ведь в результате такой операции добрые побеги получают больше света, воздуха и соков.

Так и человеческая природа через христианскую аскезу не уменьшается ни сама в себе, ни в своей деятельности. Силы и порывы её только очищаются от вредных для жизни задатков и через воспитание и правила приобретают склонность к цели, поставленной перед человеческой природой и перед христианином.

Если св. Павел так много говорит об умерщвлении природы и плоти, если учителя духовной жизни говорят о подавлении и преодолении природы, то под этим подразумевается не человеческая природа как таковая, а то, что в ней испорченного. Нельзя отрицать, что у многих авторов по аскетике испорченность человеческой природы упоминается в слишком сильных, преувеличенных выражениях. Это печально, кто не имеет ничего общего с церковным учением. См. Радемахер, Благодать и природа, М.=Гладбах, с. 84 и далее.

Если христианин воздерживается от многого дозволенного, то это не проявление противоестественного, а всего лишь отказ от хорошего ради лучшего. Чем больше человек научится ограничивать себя даже в дозволенных вещах, тем легче ему будет удерживать себя от недозволенного, к чему постоянно склоняется испорченная грехом человеческая природа. И нам обещано, что отречение от чего-то ради Господа обеспечивает нам несравнимо большее наслаждение в вечности. Но отказ – это не осуждение и отвержение. Естественное нравственное образование тоже не может обойтись без аскезы. Джон Стюарт Милл в своем произведении о Комте пишет: «Мы не сомневаемся, что однажды снова будут побуждать детей и молодежь к умерщвлению полти и, как в древности, учить их властвовать над своими желаниями, преодолевать опасности и добровольно переносить боли – и всё это будет всего лишь просто педагогическим упражнением». Аскеза, по каким бы мотивам она ни практиковалась, будь то укрепление воли и достижение самообладания по чисто естественным причинам или по сверхъестественным мотивам, является переходным пунктом к настоящей нравственной свободе. Теория наслаждения жизнью представляет собой упадничество, это дегенеративный симптом, знак потери доминирующей внутренней силы, распущенности нравственных установок, господства внешних прелестей, чувств и страстей над разумной волей, господства периферии над тем центром, который должен властвовать надо всей жизнью.

« предыдущая К содержанию следующая »